Вышел из печати новый номер журнала «Родной язык. Лингвистический журнал» №1, 2025. В нём опубликована статья Александры Родионовой «Тексты на людиковском наречии карельского языка в Открытом корпусе вепсского и карельского языков». Статья подробно рассказывает о проекте «Открытого корпуса» и о публикации в его рамках многих текстов и аудиозаписей современных носителей разных говоров людиковского наречия. Здесь же приводятся и переводы текстов на русский язык и подробный анализ структуры слов.
Всем, кто хотел бы узнать подробные отличия разных людиковских говоров, эта статья будет безусловно очень интересна и полезна. Хотелось бы сделать только небольшое замечание в русле научных дискуссий, которое, как мы надеемся, не вызовет отрицательных эмоций у приверженцев других мнений. В статье есть ссылка на деление людиковских говоров на севернолюдиковский (кондопожский), среднелюдиковский (мунозерский), южнолюдиковский (святозерский) и михайловский диалекты, когда-то принятое видным специалистом по собственно-карельскому наречию П.М.Зайковым. Но вот деление, которое приняли специалисты по самому людиковскому наречию Аймо Турунен и Александр Баранцев, для которого это наречие вообще было родным языком, усвоенным с самого детства, не было упомянуто вообще. А ведь на классической карте людиковских говоров, опубликованной в его книге «Образцы людиковской речи» на странице 8 приведена совсем другая классификация, по которой Мунозеро и Спасская Губа попадают в группу северных говоров, а Святозеро в группу средних говоров. Да и как южными говорами можно называть говоры, находящиеся к северу от с.Михайловское (Kujärv), а его жителей выделять в отдельный негеографический говор?
Может быть такой подход связан с тем, что в статье приводится только мнение Нины Григорьевны Зайцевой о том, что михайловские карелы могли быть в недавнем прошлом вепсами, которые подверглись воздействию со стороны карелов-людиков и ливвиков, но не приведено обратного мнения, существующего в научных кругах, о том, что наоборот прионежские вепсы могли быть в прошлом людиками, подвергшимися влиянию средних и южных вепсов, проживавших на территориях Ленинградской и Вологодской областей? Ведь даже сами прионежские вепсы называют себя LÜDINIK, LÜDILAINE и говорят: MINA PAGIŽEN LÜDIKŠ, о чём хорошо знают не только сами учёные, но и все посетители музея в Шёлтозере. Так почему мы должны самих местных жителей убеждать в обратном?
Жаль, что в статье упомянуты лишь самые последние исследования в условиях, когда носителей языка осталось слишком мало, и ничего не говорится о более ранних исследованиях, которые хорошо задокументированы и охватывают говоры, которые сейчас считаются вымершими — логмозерский и заозерский (Заозерье в районе реки Свирь). А ведь они тоже способствуют богатству людиковского наречия, которое сейчас стало литературным и обогащается словами и грамматическими правилами из всех людиковских говоров.
Саму статью можно прочитать здесь: https://rodyaz.ru/pdf/25-1/RY_251_7_Rodionova.pdf.
Полностью журнал доступен по этой ссылке: https://rodyaz.ru/pdf/25-1/RodnoyYazyk_2025_1.pdf